Нежные связи Мари Лорансен (I)

Гибкие тела, выбеленная кожа, огромные черные глаза и пастельные наряды – женщины Мари Лорансен так изящны и эфемерны, что кажется, будто они исчезнут, стоит подойти слишком близко. Они окружены цветами, птицами, животными и украшены лентами и жемчугами. Их лица выглядят умиротворенными, а руки переплетаются, соблазняя и увлекая в свой мир всякого, кто остановился перед полотном.

В музее Оранжери, где я «познакомилась» с художницей, всего пять ее работ. Все они из коллекции Жана Вольтера и Поля Гийома, которая теперь принадлежит музею. Еще несколько картин нашли пристанище в других музеях французской столицы – «встретить» Лорансен в Париже не так-то просто. До недавних пор соотечественники не проявляли большого интереса к ее творчеству. В то же время, начиная с 1970-х, около сотни ее картин увез в Японию коллекционер Масахиро Такано. С его личного собрания и начался музей Мари Лорансен в Нагано, насчитывающий сегодня 500 работ.

Автопортрет (фрагмент), Мари Лорансен, ок. 1905
Автопортрет (фрагмент), Мари Лорансен, ок. 1905
Мари Лорансен в 1916 году (фрагмент снимка)
Мари Лорансен в 1916 году (фрагмент снимка)
Автопортрет (фрагмент), Мари Лорансен, 1928
Автопортрет (фрагмент), Мари Лорансен, 1928
Мари Лорансен в 1930 году (фрагмент снимка), фотография Андре Кертеша © Estate of André Kertész
Мари Лорансен в 1930 году (фрагмент снимка), фотография Андре Кертеша © Estate of André Kertész

На родине о художнице громко заговорили всего четыре года назад – в музее Мармоттан-Моне в Париже прошла ее первая во Франции ретроспектива. «Увы, место Лорансен в искусстве долго было маргинальным, но лишь потому, что женщины-художницы в принципе начали получать признание с большим опозданием», – о десятилетиях забвения Лорансен сокрушается исследователь ее творчества Даниэль Маршессо.

Я убежден, что Мари Лорансен олицетворяет собой первую половину ХХ века. Во второй я не вижу никого сходного с ней в том, что касается масштаба влияния личности на представителей искусства и литературы», – Даниэль Маршессо

В 1931 году журнал Vu назвал Лорансен одной из трех (!) самых известных женщин Франции, а спустя полвека о ней редко вспоминали даже в кругах искусствоведов. Кто же она, Мари Лорансен?

ИСТОКИ
Женщины с собакой (фрагмент), Мари Лорансен, 1924-1925

Внебрачный ребенок, Лорансен вряд ли могла рассчитывать на исключительное будущее. Она была, как тогда говорили, «ошибкой».

«Я росла непослушным ребенком. Моя мать была строга со мной. И это к счастью, – рассказывала Мари. – В пять лет она сказала мне, что дети задают бессмысленные вопросы. Я поняла, что лучше ее ни о чем не спрашивать.

Однажды на Рождество я получила куклу, одетую в красивые розово-голубые одежки, в чулках и туфлях. Какой восторг! Но в тот же год я обнаружила отрезы точно такого же цвета в коробке с тканями моей матери (Лорансен никогда не называла ее «мамой». – Прим. ред.).

Мне очень хотелось спросить, почему у подаренной на Рождество куклы и в коробке одни и те же ткани. Но я не решилась. Все и так было ясно. Куклу мне подарила моя мать, а Деда Мороза не существует».

НОВИНИ ЩОСУБОТИ


НОВОСТИ ПО СУББОТАМ

 

Испанские танцовщицы (фрагмент), Мари Лорансен, 1921

Мать была строга и требовательна. Среди воспоминаний художницы есть такое высказывание: «Годами она демонстрировала мне свое презрение. Как же я злилась на нее за то, что она не любила меня так, как я ее». И тем не менее Мари называла их отношения гармоничными.

Молчаливая Мелани-Полин была парижской белошвейкой и свои дни проводила за работой, в тишине, нарушаемой лишь шуршанием тканей.

Годам к пяти-шести я заинтересовалась цветом, шелками, бархатом. Я стала узнавать ткани по запаху; лен мне нравился, а хлопок всю жизнь заставлял меня нервничать. Я любила шелковые нитки, жемчуга, рулоны цветного шелка и подолгу рассматривала их в одиночестве», – Мари Лорансен
Репетиция (фрагмент), Мари Лорансен, 1936

Чтение и пение задушевных уличных песен «на два су», пишет Античный модернизм. Впечатляющие портреты римского Египта

Еще одно открытие маленькой Мари – чувственная привлекательность женского тела. Иногда за девочкой присматривала некая мадам Фурно, женщина немолодая, но очень красивая.

Перед прогулкой она обычно переодевалась за ширмой, и Мари могла видеть ее обнаженную грудь. «Ничто больше в моей жизни не потрясло меня так, как это зрелище», – вспоминала Лорансен.

Обнаженная с зеркалом, Мари Лорансен, 1916

Когда мадам Фурно вязала, Мари любила играть с ее волосами, расплетая и расчесывая их, заплетая вновь, пока не укладывала косы вокруг головы короной, вплетала ленты и цветы. Разве не так Лорансен будет украшать своих эфемерных молчаливых красавиц?

Репетиция (фрагмент), Мари Лорансен, 1936
Наталя Гузенко / Наталья Гузенко
natalya@amuse-a-muse.com